Цифровой след ученика: что собирается и кто за это отвечает

«Цифрового следа» в законе нет, персональные данные есть

Начну с терминологии, потому что она определяет, о чём вообще можно спорить. Понятия «цифровой след» в российских нормативных актах не закреплено. Это удобное разговорное слово для всего, что о человеке накапливается в информационных системах. Юридически значимая категория одна: персональные данные, и определена она в статье 3 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ как любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определённому или определяемому физическому лицу.

Слово «косвенно» здесь несёт основную нагрузку. Отметка сама по себе не персональные данные. Отметка рядом с фамилией — уже да. Фотография класса без подписей — спорно. Фотография с подписью «7 «Б», Иванов слева» — однозначно да. Учителю полезно держать в голове именно этот критерий: можно ли по набору сведений понять, о ком речь.

Что о ребёнке накапливается за одиннадцать лет

Отдельно про последнюю строку. Отпечаток пальца или изображение лица, используемые для установления личности, — это биометрические персональные данные, и статья 11 закона № 152-ФЗ разрешает их обработку только при наличии согласия в письменной форме, за прямо перечисленными исключениями. Согласие на обработку данных в электронном журнале сюда не распространяется: это другая цель и другая категория.

Кто здесь оператор

Оператор по закону — это тот, кто организует или осуществляет обработку и определяет цели обработки и состав данных. В школьной истории операторов несколько, и путаница между ними — источник большинства ошибок.

Согласие: кто подписывает и на что

Обработка персональных данных по общему правилу требует согласия субъекта. Закон прямо оговаривает случай недееспособности: тогда согласие даёт законный представитель. Для несовершеннолетних действует общее правило гражданского законодательства о представительстве, поэтому на практике согласие за ребёнка подписывает родитель или иной законный представитель. По достижении совершеннолетия согласие даёт сам обучающийся.

Ключевое, что путают: согласий должно быть столько, сколько разных целей обработки. Одно согласие «на обработку персональных данных» вообще, без указания целей, состава данных и срока, не соответствует требованиям закона к содержанию согласия.

1. Согласие на обработку для уставной деятельности. Приём, обучение, учёт результатов. Базовый документ, который подписывают при зачислении.
2. Отдельное согласие на распространение персональных данных. Публикация фотографии, имени, достижений на сайте или в открытом канале школы регулируется отдельной статьёй 10.1 закона № 152-ФЗ. Молчание или бездействие родителя согласием не считается.
3. Письменное согласие на биометрию. Проход по лицу или отпечатку — отдельная категория и отдельная форма согласия.
4. Согласие на передачу третьим лицам. Если данные уходят в организацию, которая не является участником образовательных отношений, это надо отражать явно.
5. Право отозвать согласие. Отзыв возможен в любой момент, и оператор обязан прекратить обработку и уничтожить данные в срок, не превышающий тридцати дней с даты поступления отзыва.

Сколько данные можно хранить

Здесь у закона простая логика: хранение допускается не дольше, чем этого требуют цели обработки. Как только цель достигнута, обработку надо прекратить, а данные уничтожить.

На практике это упирается в архивные сроки хранения документов: личное дело и часть школьной документации хранятся по правилам архивного дела, и это законное основание. Но всё, что школа собрала сверх обязательного, — анкеты, опросы, фотоархивы, списки для разовых мероприятий — под архивные сроки не подпадает и должно уничтожаться по достижении цели.

Ответственность стала дороже

До 2025 года разговор об ответственности за утечки был во многом теоретическим: штрафы были небольшими. Федеральный закон от 30.11.2024 № 420-ФЗ, вступивший в силу 30 мая 2025 года, изменил статью 13.11 КоАП и ввёл, помимо резко увеличенных обычных штрафов, оборотные штрафы за повторные утечки: от одного до трёх процентов годовой выручки, минимум 25 миллионов рублей, максимум 500 миллионов.

Практический минимум для классного руководителя

1. Держать данные только в школьных системах

   Всё, что содержит фамилии вместе с отметками, здоровьем, адресами или телефонами, живёт в электронном журнале и школьной документации. Не в личных файлах, не в переписке, не в стороннем облаке.

2. Проверить, на что именно есть согласия

   Особенно на публикацию изображений. Если согласия на распространение нет, фотографию с фамилией публиковать нельзя, даже если она хорошая и родители в целом не против.

3. Не собирать лишнего

   Каждый вопрос в анкете должен иметь цель. Место работы родителей, марка машины и состав семьи для проведения экскурсии не нужны, а собранные — становятся вашей зоной ответственности.

4. Уничтожать по достижении цели

   Списки для разового мероприятия, анкеты, файлы с телефонами — удалять, когда мероприятие прошло. Это не педантизм, а прямое требование закона.

5. Не обсуждать конкретного ребёнка в общем чате

   Ни отметки, ни поведение, ни здоровье. Разговор про конкретного ученика — только с его родителем и наедине. Практическая сторона таких разговоров разобрана в тексте про то, как говорить с родителем.

Юридическую сторону выбора сервисов, в которых данные учеников появляться не должны, я подробно разобрал в отдельном тексте про данные учеников в цифровых сервисах. Там же критерии, по которым видно, что продукт для школы не годится.

Что вправе спросить родитель

Родители всё чаще приходят с вопросами про данные, и учителю полезно знать заранее, что из этого обоснованно. Обоснованно почти всё, и это нормально: закон написан в пользу субъекта данных.

1. Узнать, какие данные обрабатываются и с какой целью. Право на доступ к информации об обработке — базовое, и отвечать на такой запрос должна школа как оператор, а не классный руководитель в переписке.
2. Потребовать уточнения неточных данных. Ошибка в дате рождения, в фамилии, в сведениях о здоровье исправляется по обращению, а не по настроению.
3. Отозвать согласие. После отзыва обработка прекращается, а данные уничтожаются в срок не более тридцати дней, за вычетом того, что школа обязана хранить по другим основаниям.
4. Запретить публикацию изображения ребёнка. Распространение персональных данных регулируется отдельно, и отсутствие возражений согласием не является.
5. Пожаловаться в надзорный орган. Это последний шаг, и он становится дорогим для школы после того, как ответственность по статье 13.11 КоАП была резко усилена с 30 мая 2025 года.

Правильная реакция на такой вопрос от родителя — не спорить и не оправдываться, а передать обращение туда, где оно должно рассматриваться: руководителю и ответственному за организацию обработки персональных данных. Учитель не оператор, и отвечать от имени оператора он не обязан.

Дальше по теме: разбор состава цифровой образовательной среды и того, какие системы школа обязана использовать, терминологический разбор электронного и смешанного обучения и практический минимум по цифровой грамотности учителя. Про объём документов, которые школа реально обязана вести, есть текст про бюрократическую нагрузку.